Нло на экранах радаров

В интервью газете «Поиск» Юлий Платов заявил:

«Все те сообщения, которые поступали к нам, были проанализированы. Как правило, оценки однозначны: практически ничего необычного, чего нельзя было бы объяснить, в них не зафиксировано, за исключением, может быть, нескольких случаев. Например, в Воронежской области в авиационных подразделениях было несколько случаев, когда происходили аварии в воздухе, во время которых или перед которыми пилоты сообщали, что видят какие‑то странные образования. В двух случаях это даже фиксировалось на локаторе. Что это было – объяснить не удалось. Но это явно не был контакт с инопланетянами»[1].

Неужели Платов опять «позабыл» о существовании справки по радиолокационным наблюдениям НЛО и событиям в районе Борисоглебска, подготовленной соисполнителем программы «Галактика‑АН» Эдуардом Ермиловым из НИРФИ? В ней говорилось:

«26 мая 1982 года, в период потери связи с самолетом МИГ‑21 и последующей его катастрофой, вблизи самолета на высоте 1500 м наблюдался НЛО. Были организованы поиски места падения. 27 мая 1982 года поисковая группа (младший сержант Панюков А. А., рядовой Кунин А. Ю.) в районе Поворино в лесу, выйдя на поляну, наблюдали появление человекоподобной фигуры ростом не менее 3,5 м, в одежде серебристого, с зеленым оттенком цвета. После ее бегства с места происшествия очевидцы наблюдали вспышку за деревьями, вылет светящегося объекта, оставившего слабо светящийся спиральный след и скрывшегося за деревьями».

Так кого видели военные? Земного мутанта‑изобретателя, вымахавшего затри метра и склепавшего в сарае личный НЛО, или все‑таки существо не имело к Земле никакого отношения?

«Одно из самых „оживленных» мест, где чаще всего появлялись НЛО, можно считать город Борисоглебск (Воронежская область) и окрестности, – признался полковник А. А. Плаксин, ведущий научный эксперт Министерства обороны РФ по проблеме аномальных явлений, кандидат технических наук. – Там за 15 лет – с 1974 по 1989 год – были зафиксированы сотни случаев появления НЛО, чаще всего их регистрировали в виде ложных отметок на экранах радаров. В 80‑х годах этим вопросом занималась специально созданная комиссия. В ее состав включили и военных специалистов, у которых был опыт в изучении аномальных аэрокосмических явлений»[2].

Так что же наблюдалось в Борисоглебске? Я приведу наиболее характерные свидетельства очевидцев из статьи Плаксина и документов «Сетки‑АН/МО».

9 сентября 1974 года, в 16.10, над аэродромом Поворино с земли наблюдался на большой высоте объект в виде черного облака, висевшего неподвижно. В это же время на аэродромных радиолокационных станциях кругового обзора появились две засветки, очень напоминающие отметки от самолетов (самолетов в данный момент в воздухе не было). Было установлено, что объект находится на высоте около 7000 м. В районе аэродрома фиксировались сильные радиопомехи в диапазонах средних и длинных волн, плохо функционировала телефонная связь (в трубке были слышны сильные помехи). В УКВ‑диапазоне отмечались отдельные кратковременные шумы.

Учитывая необычность происходящего, с разрешения руководителя полетами на перехват облака‑объекта был выслан самолет с экипажем в составе двух летчиков. Экипаж набрал высоту около 4500 м, облачность осталась внизу, и уже четко был виден горизонт. Однако черное облако‑объект находилось значительно выше. Нижний край его наблюдался на высоте 6800 м, а верхний – 7200. По форме облако‑объект напоминало неправильный эллипс, простиравшийся километра на 1,5 в длину. Выше облака виднелось только чистое небо.

Не заметив ничего опасного, экипаж развернул самолет и ввел его в пикирование, намереваясь с высоты 7500 м «пробить» облако сверху вниз.

Как только самолет «вошел» в облако, в наушниках шлемофонов летчиков взвыла дикая сирена, мощность звучания которой превосходила болевой порог. Кроме того, загорелся транспарант «опасная высота», и самолет сотрясла чудовищная «болтанка». Летчики были вынуждены обесточить машину, и лишь огромными усилиями им удалось вывести самолет из облака. Когда он покинул облако, «болтанка» сразу прекратилась. После включения электропитания все системы самолета заработали нормально. По завершении полета специалисты не обнаружили никаких отклонений в работе бортовых систем.

Облако между тем продолжало висеть над аэродромом еще около 3,5 часов, а затем в сгустившихся сумерках его совсем не стало видно. Утром следующего дня небо было абсолютно чистым.

2 февраля 1976 года, с 21.45 до 21.55, на трассе Воронеж‑Пенза (90 км южнее Тамбова) наблюдался полет неизвестного объекта на высоте 6000 м, двигающегося со скоростью около 400‑450 км/ч курсом на Пензу. По виду он напоминал пассажирский самолет «Ан‑24», но без бортовых огней и проблескового маячка (видны были только светящиеся иллюминаторы). В эту ночь в районе было зафиксировано 5 сильнейших вспышек на земле. Наблюдались они в малонаселенных районах, преимущественно по трассе Тамбов‑Борисоглебск‑Новоаннинск. Радаром объект зафиксирован не был.

23 января 1980 года в районе Борисоглебска военными летчиками в течение почти 35 минут – с 20.05 до 20.40 – наблюдался светящийся объект, который маневрировал в районе аэродрома. Скорость объекта была сравнима со скоростью самолета и постоянно изменялась. Максимальная высота его полета составляла около 2000 м. Помех радиоприему отмечено не было, хотя самолеты проходили от объекта на близком расстоянии – всего 200‑300 м. Радиолокационные станции сантиметрового диапазона объект также не наблюдали.

«23 января производились полеты ночью, – написал в своей объяснительной записке летчик‑инструктор Пашков. – Примерно в 20.00 после выполнения полетного задания в зоне мы возвращались на аэродром (полет выполнялся на двухместном самолете) на высоте 1500 м, скорость самолета, на котором мы выполняли полет, была 850 км/ч. При подходе к 3‑му развороту большого круга полетов, примерно на той же высоте, что и мы (чуть выше, примерно 1700‑1800 м от земли) справа, пересекая наш курс полета, летело какое‑то тело. Очертаний и формы его не было возможности увидеть, потому что была темная ночь.

То, что это не самолет, можно сказать точно, потому что не были видны бортовые огни, хотя мы сначала подумали, что это самолет. Единственное, что можно было видеть хорошо и отчетливо, это яркий, желто‑оранжево‑красный мерцающий шар. Выглядел он так же, как сопло реактивного двигателя при работе на форсаже, если смотреть на самолет после взлета ночью. По переговорному устройству мы договорились увеличить скорость и „подрезать» шар (думая, что все‑таки это самолет) и выйти на 4‑й разворот для входа в круг полетов раньше этого „самолета». Но так не получилось, потому что у шара скорость оказалась больше, чем у нас, и, видя, что не сможем это сделать, мы уменьшили скорость, отвернули во внешнюю сторону круга полетов и пропустили этот шар вперед. При этом мы увидели, что скорость шара еще больше, чем мы предполагали ранее (сначала мы думали, что скорость его 1500 км/ч). Вероятно, он летел со скоростью около 2000 км/ч.

При подходе к четвертому развороту мы увидели, что шар и „не думает» заходить и снижаться в круг полетов, а взял направление на город. В то время, пока мы снижались к 1‑му развороту и заходили на посадку, удалось заметить, что шар над городом описывает круги. Выполнив 2‑3 виража, шар изменил курс и двинулся по прямой на юго‑запад от города. Затем, не снижая скорости, он изменил направление и полетел почти назад без всякого радиуса разворота. На высоте 300 м он потерялся из виду. После посадки мы сразу же запросили руководителя полетов, „кто посторонний находится над нашей точкой?» Локаторы посторонней цели не „видели». После повторного взлета по кругу, который был через 5‑7 минут, мы также ничего не обнаружили. С земли шар увидеть было нельзя, потому что до высоты 300 м была густая дымка. Все происшествие заняло 7‑8 минут».

«4 апреля 1980 года, в 21.05, буквально у нас над головой прошел объект на высоте 20‑30 м со скоростью примерно 70‑80 км/ч, – сообщил полковник ВВС Александр Николаевич Копейкин, инструктор Борисоглебского летного училища. – Объект летел совершенно бесшумно, без огней, черный. Подсвечивался он снизу светом уличных фонарей (мы были на крыше 5‑этажного дома). Было впечатление, что над головой пролетел легковой автомобиль без колес.

В тот же день, в 23.50, с севера на юг пролетел красно‑оранжевый шар со скоростью 10‑15 м/с под углом к горизонту 20 градусов. 5 апреля в западной части города мы наблюдали полет двух красно‑оранжевых шаров, которые над городским парком слились вместе, образовав ярко‑зеленое облачко, а затем это облако взлетело вертикально вверх и исчезло. Полет сопровождался пронзительным звуком, как визжат тормоза у автомашин».

4 августа 1980 года, в 22 часа, Александр Копейкин снова встретился с НЛО, на сей раз в воздухе:

«Скорость 880 км/ч. Ровный гул двигателя, безоблачное звездное небо, хорошее настроение, лечу, – рассказал он Марине Попович. – Спустя несколько минут полета через фонарь боковым зрением вдруг вижу, что перпендикулярно моему курсу прямо на мой самолет несется громадный объект с огнями типа ТУ‑134. Мелькнула мысль– сейчас столкнемся. Даю ручку управления самолетом от себя, резко снижаюсь. Придя в себя, обвел взглядом приборную доску – приборы показывают снижение 30 м/с. Стрелка высотомера уже отсчитала снижение на 2000 м, крен – 45‑50 градусов.

Плавно вывожу самолет в горизонтальный полет, беру ручку на себя и снова почти над собой вижу громадный фюзеляж с разноцветными мигающими огнями, какими‑то волнами света, пробегающими по его корпусу.

И вдруг понимаю – никакой это не самолет: у него нет крыльев. По спине пробегает холод, жуткий страх сковал тело. Впервые в жизни мной овладевает такое состояние.

Отвернув от объекта, запрашиваю диспетчера: „Кто рядом со мной и на моей высоте?» В ответ слышу: „Никого». А объект, между тем, взял курс, параллельный с моим самолетом и на глазах стал превращаться в облачность, покрылся какой‑то белесой пеленой, затуманился и исчез… Дальнейший полет прошел нормально, но эта встреча меня очень обеспокоила»[3].

На земле ему сказали, что отметок на радарах диспетчерская служба не наблюдала. Правда, на экране метровой РЛС появлялась дополнительная отметка во много раз больше и ярче самолета, но только на мгновение. Она закрыла экран локатора почти на 80 процентов. Диспетчеры приняли отметку за мощную помеху. Ее удалось сфотографировать. На экране локатора было словно крыло гигантской птицы.

9 июня 1983 года в окрестностях аэродрома Поворино в течение почти суток большинство наземных радиолокационных станций всех диапазонов наблюдало отметку, очень напоминающую «засветку» на экранах радаров от самолетов, которая постоянно маневрировала по азимуту и высоте. Для выяснения происходящего были выполнены две попытки перехвата этого объекта, но в обоих случаях экипажи истребителей ничего не видели, хотя, поданным радаров, находились на расстоянии нескольких сот метров от неизвестного объекта.

«Март 1984 года был „урожайным» на визуальные и радиолокационные наблюдения НЛО в районе Поворина, – написал тогда же А. Н. Копейкин. – Только за период с 20 по 30 марта было зарегистрировано около 20 НЛО. Я наблюдал 29 марта 1984 года в течение 1,5 часов 6 НЛО. Они маневрировали по всему району со скоростями от 0 до 300 км/ч на высотах от 2000 до 9000 м. Был дождь, видимость около 1 км, и полетов не было. Все НЛО появлялись в одном и том же месте, в 25 км от аэродрома (район болот, озер и труднодоступных мест)…

23 марта 1984 года, с 14.22 до 14.55, на экране радара наблюдались объекты, движущиеся по траекториям, близким к кругу, с удалением 15‑40 км, изменениями высоты в пределах 900‑4000 м, со скоростью 0‑3000 км/ч. В 22.05 появилась метка от объекта, которая перекрыла метку пролетавшего самолета!

25 марта 1984 года с КП Борисоглебского летного училища было сообщено, что на соседнем аэродроме локаторами был „пойман» объект, маневрирующий по азимуту и высоте. Кроме того, полет неизвестного объекта наблюдала комиссия начальника К 1‑1 ВВС Московского округа во главе с самим начальником, находившаяся в это время в Борисоглебске. Экраны локаторов фотографировались.

28 марта 1984 года (22.05‑22.40). В 22.05 появилась отметка от самолета на удалении 85‑90 км с азимутом 230 градусов, который летел на северо‑восток курсом 60 градусов со скоростью 850 км/ч и высотой 900 м. На следующем обороте антенны на удалении 75 км отметка исчезла, и появилась мощная засветка в виде птицы, которая фиксировалась около 20 минут, потом раздробилась на отдельные волокна, которые в последующие 20 минут рассеялись. Засветка фиксировалась на высотах от 900 до 3500 м. Ее площадь – около 7500 кв. км…

29 марта, в 15.24, в этом же районе (в 30 км от Поворина), после включения РЛС, в 20 км от аэродрома на юго‑западе появилась отметка, которая начала двигаться в южном направлении. Скорость ее менялась от 300‑400 км/ч до нуля. Все это зафиксировано на пленке. В 15.27 из района аэродрома вылетел объекте юго‑восточном направлении, но уже со скоростью около 3000 км/ч; на удалении 100 км метка исчезла, с экрана.

С Поворино поднимали самолеты „МИГ‑21″ и наводили на объект с 9.12 до 14.26. Один из летчиков – подполковник Александренко был в воздухе с 9.50 до 10.20 и сел в Борисоглебске. Полет был безрезультатным. Летчик визуально объект не обнаружил. А отметка стояла в том месте весь день…»[4]

6 апреля 1984 года «МИГ‑21» при выполнении учебного полета на высоте 3500‑5000 м с инструктором и курсантом получил предупреждение о наблюдении на РЛС вблизи зоны полета метки от НЛО. Через некоторое время инструктор сообщил, что самолет как бы на что‑то наткнулся, ощущался толчок с ускорением 1,2 д, с отказом режима двигателя, гидравлической системы и радиосвязи. Экипаж катапультировался. НЛО не был виден невооруженным глазом…

«Все радиолокационные наблюдения аномальных явлений были практически однотипны: на экране локатора неожиданно появлялась светящаяся отметка, которая маневрировала по азимуту и высоте в течение нескольких минут (иногда часов), в некоторых случаях она как бы сопровождала самолеты, а затем исчезала так же неожиданно, как и появлялась, – написал А. А. Плаксин. – Не всегда метки от НЛО наблюдались радарами всех диапазонов. В основном их фиксировала аппаратура в метровом и сантиметровом диапазонах.

Важно также отметить, что неизвестные объекты, судя по их отметкам на экранах локаторов, способны были маневрировать в широком диапазоне высот (от О до 20 км) и скоростей (от 0 до 600 км/ч). При удалении от локатора цели (а именно так их воспринимали военные; для них каждая отметка на экране – потенциальная цель, пока не будет доказано иное) маневрировали порой на полную дальность работы радиолокационной станции (до 200‑250 км), но чаще появлялись и исчезали в границах района проведения полетов, не более чем в 100 км от аэродрома Поворино.

Самое, пожалуй, загадочное – вопрос о размерах объектов. Нам сообщали (и эти сведения вполне достоверны) о неопознанных объектах самых разных форм и масштабов – от теннисного мячика до 200 м в длину»[5].

Радары фиксировали НЛО не только в районе Борисоглебска. Для диспетчеров из Харькова наблюдать «неопознанные цели» тоже стало привычной рутиной.

«Наблюдавшиеся объекты перемещались в основном в диапазоне скоростей от 800 до 3600 км/ч, – заметили харьковские уфологи В. Мантулин и А. Белецкий. – В одном случае была зафиксирована очень большая скорость– 7000 км/ч. Не во всех случаях фиксировались высоты, на которых находились объекты. Однако по ряду сообщений видно, что диапазон их высот очень широк – от 250 до 30 000 м. Аномальные объекты совершали различные маневры, которые наблюдались на экранах РЛС: были неподвижны, а затем внезапно начинали двигаться со значительными скоростями, изменяли направление движения от плавных до резких разворотов под неожиданными углами, энергично изменяли скорости и высоты полета. Длительность РЛ наблюдений колеблется от десятков секунд до нескольких часов.

В четырех случаях радарные наблюдения были подтверждены независимыми визуальными наблюдениями, что существенно повышает их достоверность. В тех случаях, когда объекты наблюдались визуально, они выглядели как светящиеся тела различной геометрической формы»[6].

1 декабря 1983 года, в 00.08‑00.10, диспетчеры Харьковского аэропорта своими глазами увидели НЛО – светящийся шар на высоте около 250 м. Он «расплывался», края были размыты. Наблюдение было подтверждено радаром. Диаметр НЛО, судя по отметке, составлял примерно 5‑7 м.

Объект летел на северо‑восток со скоростью 900‑1500 км/ч, причем его скорость увеличивалась. В конце концов он пропал с экранов радаров на удалении 27 км. Почти одновременно была зафиксирована вторая «метка», летевшая севернее параллельным курсом на удалении 8 км от первой. Ее скорость составляла 1000‑1200 км/ч, постоянно уменьшаясь. На удалении 22 км она стала разворачиваться к северу плавным полукругом с радиусом 15 км. Она исчезла на удалении 28,5 км.

3 января 1984 года над Харьковом, в районе Восточного поселка, завис шарообразный объект, чуть больше диаметра Солнца, и оставался висеть с 8.00 до 14.00. 7 января под Чугуевым была совершена посадка дискообразного объекта со светящимися «иллюминаторами». К нему пытались подъехать две военные машины, но безуспешно.

17 мая 1984 года, в 23.00, на радарах наблюдалась неопознанная цель. Примерно в то же время в районе Московского проспекта Харькова на восток пролетел НЛО в форме треугольника с красными мигающими огнями по периметру. Потом он повернул в конце города, сделал разворот на северо‑восток и ушел со скоростью 3600 км/ч. В тот же день, около 22.30, радар Харьковского аэропорта зафиксировал по азимуту 50 градусов на удалении 14 км неопознанную цель. Она устойчиво наблюдалась в течение 15‑20 секунд и исчезла также внезапно.

10 ноября 1984 года, в 00.32, в районе Запорожья был обнаружен неподвижный объект, зависший на 5 минут. Объект ушел курсом около 250 градусов со скоростью около 2500 км/ч. Через 3 минуты он был уже в зоне приема симферопольского центра над Кривым Рогом! В 03.03 на той же высоте в районе Запорожья был обнаружен объект, который неподвижно висел в течение 3 минут на высоте 10 500 м. После запроса ПВО объект улетел со скоростью 1000 км/ч.

Для людей, хорошо знакомых с небом, никаких сомнений в реальности НЛО уже не оставалось. Все сомнения достались на долю обычных граждан, которым пришлось читать многочисленные статьи В. Мигулина и Ю. Платова. Эта «сладкая парочка» отогнала от прессы всех серьезных исследователей, вовсю пропагандируя свою антитарелочную точку зрения.

В 1983 году десятки советских газет опубликовали статью В. В. Мигулина, в которой выражалась официальная точка зрения на «летающие тарелки»:

«…Раздувание ажиотажа вокруг этой „проблемы», появление сенсационных сообщений о якобы имевших место в различных уголках нашей планеты встречах с инопланетянами привело в конечном счете к широкому распространению домыслов о том, что НЛО – космические аппараты внеземных цивилизаций… Принимая во внимание бытующее среди широких слоев населения такое превратное представление о НЛО, отметим, чтобы избежать путаницы, что серьезный исследователь, проводящий действительно научное изучение этого феномена, может и должен под неопознанными летающими объектами понимать лишь различные аномальные явления, физическую природу которых пока не удалось установить. Лишь в этом случае гарантирован научный, объективный, лишенный предвзятости подход к исследованию „проблемы НЛО»…

Всегда ли можно отождествить наблюдаемые явления с какими‑либо известными процессами? Конечно нет. И было бы странно, если бы о любом явлении можно было твердо сказать, что это такое. Вся история науки не что иное, как исследование все новых и новых непонятных явлений. Плохо изученных, это и вовсе непонятных вещей, окружающих нас, очень много, нужно только приглядеться, суметь обратить на них внимание…

Имеются ли какие‑либо действительные основания полагать, что оставшиеся неотождествленными явления и есть „истинные НЛО», как раз и определяемые деятельностью внешних сил? Конечно нет, даже если мы еще не нашли им сколь‑нибудь убедительных объяснений…

Гипотеза о том, что НЛО – проявление деятельности внеземных цивилизаций, не имеет никаких объективных обоснований и возникла лишь на желании, впрочем вполне понятном, уйти от ощущения „одиночества во Вселенной». Уйти не в принципе, не когда‑нибудь, а прямо сейчас, сию минуту почувствовать деятельность „братьев по разуму». Можно даже сказать, многие современные научные проблемы, малопонятные неискушенному человеку, вызвали у некоторых людей потребность в каком‑то простом, доступном большинству способе отгородиться от сложностей современного мира. Такой, что ли, эрзац‑религией и стали „летающие тарелки», пришельцы из других миров в наше время или в далеком прошлом и другие мифы современности. Впрочем, вопрос о возникновении ажиотажа вокруг НЛО относится, скорее всего, к компетентности социологов и психологов…»[7]

Все статьи В. Мигулина и Ю. Платова, опубликованные в 1980‑е годы, можно свести к нескольким тезисам: большинство НЛО легко можно объяснить технической деятельностью человечества и природными явлениями (это правда), по‑настоящему неопознанных наблюдений мало, не более 10 процентов (тоже правда), причем это не твердотельные объекты, а некие явления (далеко не всегда), и, если даже мы сейчас не знаем, что летает в небе, это точно не инопланетяне (предположение, ни на чем не основанное). Вслед за этим набором тезисов обычно шла ругань в адрес конкурентов– уфологов‑любителей, которые стали объединяться «под крышей» научно‑технических обществ и популярных журналов. Энтузиасты, впрочем, тоже не спали и договорились «подвинуть» Академию наук в сторону, выйдя с предложением сотрудничества прямо к военным координаторам программы «Галактика‑МО».



Читайте также...



alieneternal